понедельник, 1 декабря 2014 г.

Памяти Гайдара. Заметки чайника об экономических реформах

          Это шестая часть статьи. Читать часть 1часть 2часть 3часть 4, часть 5.


         Однако. Подавляющая часть экс-советской промышленности специализировавшейся на «делании ракет» и «перекрытии енисеев», производила в немереном количестве разнообразные ржавые и не очень ржавые железяки, которые люди, сидевшие в здании на проспекте Маркса (ныне Охотный ряд), где теперь «народные избранники» думы думают, как бы нам еще чего запретить, распределяли, кому для кого и сколько сделать. Не задаваясь вопросом, а ##х оно вообще надо?..
         Приватизация еще не начиналась. Сколько реально стоит производимая «ржавожелезоделательными» заводами продукция никто не имел ни малейшего представления, поскольку в плановой экономике не было рынка товаров производственно-технического назначения, а было их распределение Госпланом в обмен на государственные, т.е., ничьи, деньги. Которые при перемещении, допустим, насоса или редуктора от завода-изготовителя потребителю просто перекладывались государством из одного кармана в другой.
         Плановая экономика была дефицитной. Если в новой рыночной России сбытовики дают взятки снабженцам, именуемые откатами, то в прежней экономике напротив. Снабженцы именовались «толкачами», сновали по стране и давали взятки сбытовикам предприятий-изготовителей для ускорения отгрузки продукции.
         В девяностые- первой половине нулевых знал несколько фирм, занимавшихся таким бизнесом, как скупка неликвидов редукторов, насосов, трубопроводной арматуры, валявшихся на складах предприятий еще с советских времен. И в середине нулевых всплывали никогда не эксплуатировавшиеся редукторы, выпущенные в начале семидесятых. Подробнее «О причудах плановой экономики» и «Онотоле Вассерман и плановая экономика».
         Итак, сколько стоят выпускаемые ими редукторы или насосы на начало девяносто второго «красные» директора не имели ни малейшего представления. Ибо рынка этих товаров, в отличие от рынка продуктов питания, еще не было.
         Поэтому, посмотрев на потолок, они приписали к ценникам кто один ноль, кто два и отгрузили продукцию потребителю. Тот, нисколько не задумываясь, поскольку привык, что полученная продукция всегда оплачивается фантиками, которые ему центр напечатает и выдаст в нужном количестве, принимал эту продукцию…
         Но Гайдар новых фантиков не печатал. Вот одна из легенд, будто бы в инфляции виноват он. Да ни фига подобного. Деньги, бывшие в обороте к январю девяносто второго, напечатали до него.
         Килограмм мяса в Питере, как я выше писал, скакнув второго января до семидесяти, потом снизился до пятидесяти. Доллар, курс которого на черном рынке был свободным, скакнул до 120 еще в ноябре, в январе сохранился на том же уровне, а потом к маю снизился до восьмидесяти.  
          Замечу, к слову, что шестьдесят копеек доллар был только на страницах газеты «Известия». На «галёре» Гостиного Двора в Ленинграде (статья 88 УК РСФСР) с шестидесятых до «ускорения научно-технического прогресса» он был 3-4 рубля, потом вместе с «ускорением» резко пошел вверх… В девяностом двадцать, в сентябре девяносто первого тридцать пять, в ноябре скачок до ста двадцати…
          Итак. «Красный директор» ржавожелезоделательного завода, прочитав на потолке новую цену за производимое ржавое железо, отгрузил его потребителю. Тот его принял и… не оплатил…
          Нечем… Цена выросла в энное число раз, а денег не добавилось. «Красный директор» потребитель ржавого железа думал, что ему, как во все прежние годы нарисуют новые фантики и дадут, чтобы он ими расплатился. А их не нарисовали. Монетаризм, однако. Сколько есть, на те и покупай. А нету, так и не покупай.
         И директору ржавожелезоделательного завода зарплату гегемону платить нечем, деньги за отгруженную продукцию не поступили. А он ту зарплату поднял. Не как себе любимому, себе-то он тыщ до пятидесяти- ста еще летом девяносто первого…
          На ржавожелезоделательных, конечно, сильно зарплату не вздуешь, понимание, что таки их товар не шибко и нужен было, а вот у шахтеров уже в феврале было тыщ двадцать, у машинистов питерского метро пятнадцать…
          И начались невыплаты зарплаты. Поскольку сумма начисленных зарплат во много раз больше суммы напечатанных денег. Перестаем называть рубли фантиками. Когда правительство перестает их печатать, стремясь свести баланс денег и товара, деньги начинают становиться платежным средством.
          Но. «Красные директора», не выплачивая работягам необоснованно вздутую зарплату (а она базируется на столь же необоснованно вздутых ценах за ржавое железо), кивают в сторону Гайдара, мол, он денег не дает.
         Мать вашу! А он и не должен! Должен потребитель. А у потребителя столько, сколько вы на ценнике нарисовали, нет. Торговец мясом на рынке, увидев, что товар не покупает, мигом снижает цену. Так и директорам также надо. А они не умеют. Да кроме того и зарплата работягам уже обещана…
         Директора через прессу и телевизор начинают просить друг друга: Давайте снизим цены… Но не снижают…
         Для проведения подобной реформы нужен был не мягкий интеллигентный Гайдар. И даже не партаппаратчик Ельцин. Нужен был Аугусто Пиночет. Но в России такого не было. Российские генералы не видели в своей жизни нормальной экономики. Нормальной, я имею ввиду рыночной. Где товар продается по той цене, которую за него готов заплатить потребитель.
         Пиночет, кто не знает, совершил переворот в Чили с целью защиты чилийского бизнеса, в том числе малого, от социалистических экспериментов Альенде. Перевороту предшествовал «марш пустых кастрюль» чилийских домохозяек, причиной которого было пропажа еды в магазинах. Ну, социализм, что возьмешь, отсутствие еды один из характерных признаков. Незадолго до переворота против Альенде бастовали фермеры и владельцы грузовиков. Малый бизнес так называемый.
         Беда России, что своего Пиночета или Ли Куан Ю не нашлось. И ельцинскую власть, которые года с девяносто второго «красно-коричневые» называли оккупационным режимом, таковым, к сожалению не стала. Как в послевоенных Германии и Японии, оккупация которых Соединенными Штатами позволила провести политические и экономические реформы, в результате которых возникли мировые экономические лидеры ФРГ (с 1990 года Германия) и Япония.
         Вариант решения проблемы неплатежей. На Красной площади… Где там раньше лобное место находилось? Сколачиваем помост, выводим на него десяток «красных директоров». У пятерых на груди табличка «Я не оплатил отгруженную продукцию», у пятерых- «Я отгрузил неоплаченную продукцию». От Кремля или ГУМа подтягиваем кабель, подключаем паяльники, с директоров снимаем штаны. Транслируем по телевизору. Проблема неплатежей решена…
         Повторю. Если на еду у населения существовал платежеспособный спрос, то на производимое экс-советскими еще не приватизированными заводами «ржавое железо» нет. Заводам надо было или снижать цену до той, которую мог дать потребитель или вообще банкротиться, если товар вообще был никому не нужен.
        Итак. Лето девяносто второго. Цены, скакнувшие вверх в январе стоят на месте или падают. Но. Предприятия стоят, вздутые «красными директорами» зарплаты не платятся, также, как поставляемые заводами друг другу «ржавые железяки». Н.х никому не нужные. В коммерческом секторе взаимные поставки оплачиваются без проблем. Здесь торгуют нужным товаром.
         И здесь, прислушавшись к ору краснож##ых Ельцин дает слабину. Меняет состав правительства, вводит в него Черномырдина, Хижу, Скокова. На пост главы Центробанка назначается Геращенко. Последний включает остановленный ранее Гайдаром печатный станок. Официальная формулировка- для пополнения оборотных средств предприятий. В январе доллар стоил 120 р., в июне 80 р., в декабре семьсот…
         Ваучеры начинают раздавать только в октябре, предприятия продолжают оставаться государственными, т.е., ничьими, оборотные средства идут преимущественно на личное потребление дирекций предприятий…
         Справедливости ради отметим, что ставший премьером экс-министр газовой промышленности СССР Черномырдин фишку просек быстро, поняв, что другого пути кроме продолжения начатых Гайдаром реформ нет. Благодаря чему мы в двадцать первом веке (пока еще!!!) ездим на иномарках и греем пузо на пляжах теплых морей.
          Бедой девяностых были не реформы Гайдара, а низкие цены на нефть. Будь в девяностые цены на сегодняшнем уровне, реформы прошли бы куда мягче. Хотя неизвестно, состоялись ли бы они в этом случае. Имея ввиду известную поговорку про мужика и гром.

Комментариев нет:

Отправить комментарий