понедельник, 29 февраля 2016 г.

Развилки истории. 1990 год

          СОДЕРЖАНИЕ:
         1985 год
         1990 год
         1991 год
            1993 год
            1996 год
            1997- 1999. Последняя развилка и начало конца

           Идем дальше. 1990 год. Дел уже натворили немало, включив печатный станок и выпустив джинна в виде Центров НТТМ и тому подобных контор по обналичке.
            В девяностом задница советской экономики была полной и очевидной. Талоны на продукты уже не только в регионах, но и мегаполисах. Печатный станок стучит, типо, «ускоряя научно-технический прогресс», твердые государственные цены приводят к исчезновению товаров, ибо зачем продавать ниже себестоимости, а «цена колбасы равняется частному от деления количества денег на количество колбасы» ©.
           Хотя закон о кооперативах, фактически разрешающий частнопредпринимательскую деятельность уже принят, и в Москве около «Кропоткинской» появился первый частный ресторан, Артем Тарасов заплатил взносы в КПСС с дохода три миллиона рублей, около вокзалов стоят ларьки, продающие тайваньские джинсы за пятьсот рублей, жевательную резинку и порнографические открытки, экономика по прежнему государственная, неповоротливая, полезный продукт не производящая.
           Тут и до Горбачева, до этого, как птица говорун повторявшего мантру, что мы должны доказать исторические преимущества социализма, доходит. Как до посаженного по пятьдесят восьмой сантехника обкома КПСС, вслух сказавшего, что тут всю систему надо менять.
           Конкретно, заканчивать длящийся семьдесят лет эксперимент и начинать жить, как все нормальные люди. Дэн Сяо Пин понял это гораздо раньше, заявив, что неважно, какого цвета кот, лишь бы он ловил мышей. А социалистический кот ловить мышей не умеет. Вот это Горбачеву, как и его университетскому товарищу, одному из лидеров Пражской весны Зденеку Млынаржу, долго было непонятно. Очень сильно зас#али мозги марксизмом-ленинизмом.
           Проекты реформ готовят две группы: Абалкина- Рыжкова и Шаталина- Явлинского. Ельцин поддерживает вторую, но с Горбачевым он в больших контрах. В итоге программа пошагового перехода к рыночной экономике, названная «500 дней». Горбачев по прежнему колеблется, в конце концов, предлагает скрестить ежа с ужом, то есть объединить две программы в одну… То есть, нулевой итог. Явлинский в октябре девяностого покидает пост зампредсовмина РСФСР, в дальнейшем будет только оппозиционером и критиком.
           Время упущено, экономика продолжает стремительно рушиться, осенью девяносто первого, несмотря на весеннее разовое повышение розничных цен на все, нет ни еды, ни денег, альтернативы шоковой терапии, имхо, уже нет. Почему, я писал.
           А если бы… If go to… Если бы Горбачев принял программу 500 дней, как пошли бы дела? Предложение продать всю мелкую собственность типа магазинов, ресторанов, парикмахерских, грузовиков за наличные деньги, тем у кого они есть, было очень даже разумным, поскольку убирало бы давящую на потребительский рынок огромную массу напечатанных денег.
           В остальном же. Во-первых, жесткая привязка к срокам требовала столь же жесткого администрирования, а за пять горбачевских лет все стали абсолютными пофигистами. Если раньше боялись парткома, теперь уже нет, летом девяностого следом за Ельциным большое число членов покинуло КПСС. Включая автора этих строк. Г.А.Явлинский, заметим, сделал это годом позже.
           В программе много декларативности. Надо сделать то-то и то-то. Ну, да, надо, а как?..
           Изумляет написанная летом девяностого фраза: установить курс доллара два рубля. Когда на галёре Гостиного в Ленинграде уже пятнадцать- двадцать. Какой #удак за два продаст?
           Или. Местные советы должны произвести оценку приватизируемых объектов. Эти произведут… Или установят низкие цены за потенциально высокодоходные объекты и продадут друзьям, или, наоборот, загнут бешеную цену за какой-нибудь машиностроительный завод, ничего полезного не производящий.
           Небольшой пример. Новёхонький, только построенный, оснащенный чешским оборудованием пивзавод «Балтика» через ваучеры ушел сперва шведскому «Приппсу», затем датскому «Карлсбергу». То есть стратегическому инвестору, вложившему в него большие деньги и уже к середине нулевых полностью переоснастившему завод. Который с числом работающих около 500 человек до середины нулевых (до прихода в Питер Газпромнефти) был крупнейшим налогоплательщиком города.
           Кому и за сколько этот завод ушел бы по схеме Явлинского?..
           Дальше. Либерализацию цен производить постепенно, а до того те же талоны.
           А в чьих руках печатный станок? В стране процентов пятьдесят- расходы военно-промышленного комплекса, который ничего не производит, а только жрёт, требуя не останавливать станок. Гайдар в январе девяносто второго, одновременно с шоковой либерализацией цен, остановит станок, в результате с января по июнь доллар снизится со 120 до 80, а килограмм мяса в Санкт-Петербурге с 70 до 50. Вновь его включат Черномырдин и Геращенко… Подробнее
           Еще. Программа Шаталина- Явлинского предусматривала реформы не в отдельно взятой России, а в реформированном в экономический союз СССР. А оно другим надо? Опять же требуется сильная власть и жесткое администрирование, а у Горбачева на это ни воли, ни сил, ни ресурсов нет. Так что при первых же шагах и первых новых проблемах, он бы реформу остановил, отыграв назад. И опять задница осени девяносто первого.
         Этапы сто дней, сто пятьдесят дней- очень короткие сроки для такой программы. Это программа на годы, только начинать и проводить ее можно и нужно было в более «тучные годы», когда цены на нефть были высокими. Кстати, программа предусматривала и закрытие около двухсот наиболее неэффективных советских предприятий. Ну, прям, пресловутый список двухсот «убитых» предприятий, мелькающий на патриотических сайтах и начинающийся с АЗЛК.
         Эти двести постепенно умерли сами, а вот у Путина в «тучные» нулевые была возможность позакрывать и другие не производящие полезного продукта «вагонзаборколхозы», переведя персонал на пособия. Вместо того, чтобы полезный металл на дерьмо переводить, сидели бы дома и думали, чем общественно полезным заняться. Эта возможность была упущена.
         Далее. Допустим, возник класс мелких частных собственников. Так он и так начал возникать уже по закону о кооперативах, стал более массовым после шоковой терапии. Но по Явлинскому крупная собственность пока оставалась бы в руках «красных директоров». Крупных частных собственников до поры до времени еще не было бы.
          И. У массы населения талоны на продукты, а эти мелкие буржуи, живущие рядом с нами жируют, типо, за наш счет. А «красные директора» их бы еще и подзуживали. Сумели бы миллион, два, три частных собственников объединиться и отстоять курс на капитализм или их смела бы «волна народного гнева»? А вот крупные буржуи сумели консолидироваться в трудный момент и создать «семибанкирщину».
            В результате в девяностые курс на рыночную экономику был сохранен, уничтожение его началось уже с середины нулевых.
            Повторюсь. В «Программе 500 дней» очень много декларативных пунктов, кто, как, на какие средства, совершенно неясно. То есть. Даже прими ее Горбачев летом девяностого, при первых же трудностях отыграл бы назад.
           А осенью девяносто первого глубина экономической задницы была столь велика, что Григорий Алексеевич прекрасно это понимал, и от предлагавшегося ему Ельциным поста премьера в российском правительстве отказался по причине нежелания быть камикадзе, а оставаться «в белой рубашке на белом коне» ©.
           ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

Комментариев нет:

Отправить комментарий