пятница, 26 декабря 2014 г.

Бизнес и погоны

         Тема статьи появилась из обсуждения на одном из форумов нынешней ситуации в экономике России. Если кратко, доллар с евро растут, многие товары, сырье и комплектующие у нас импортные, до реального импортозамещения, как до Альфы Центавры и все оврагами. Фирма, работающая на импортном сырье или комплектующих, вынуждена повышать цены, у покупателей денег больше не стало, падают продажи, начинаются простои и увольнения персонала по всей «пищевой цепочке».
         И тут одна молодая, с ее слов, дама, позиционирующая себя, как успешную бизнес вумен, заявляет, что в ее бизнесе все прекрасно и никакого спада нет. Причем, чем она занимается, не сообщает…
         Но. Из более ранних ее постов известно, что у нее есть фото в форме. Т.е., в погонах… Не хочется измышлять по поводу конкретной дамы, вдруг она просто успешно сочетает ношение погонов с ведением бизнеса, в котором нет спада, несмотря на кризис…
         Кстати. Проститутки подняли цены. В Калининграде и Питере, по крайней мере. Если последние лет десять жители Санкт-Петербурга ездили по выходным в соседние Лаппенранту и Иматру за шопингом и аквацентром, то теперь ситуация сменилась на ту, что была в советские времена. Турмалаи, так в древности в Ленинграде называли горячих финских парней, как в старые добрые времена снова потянулись в северную столицу кушать водку и… Ну, вы сами понимаете…
         Турфирмы, если сумеют предложить устраивающий европейского туриста сервис, могут заработать на падении рубля.
         Да… Ну, так я про бизнес и погоны. Частный бизнес в виде кооперативного движения начинался еще в СССР. По мере того, как из практически одинаково нищих советских граждан стали выбиваться отдельные богатенькие буратинки, некоторым, не сильно отягощенным моралью соотечественникам захотелось, чтобы те с ними поделились.
         Государство и правоохранительные органы от взаимоотношений бизнеса и бандитов устранились. Денег у государства во второй половине восьмидесятых по причине цен на нефть и антиалкогольной кампании уже не было, ментам платили мало, и вписываться ни за кого те уже не хотели.
         По той же причине генерал Лебедь и группа Альфа в августе девяносто первого не выполнили приказ, и ГКЧП, а за ним и КПСС рухнули…
         Что и зачем делал Гайдар, я писал, и с 1 января 1992 года народ, получив экономическую свободу в одном флаконе с либерализацией цен, занялся, кто чем может. То время хорошо передают слова песни Газманова «Я сегодня не такой, как вчера, я голодный, но веселый и злой…».
        Голод, веселье и злость- локомотивы экономики. Часть населения, забив на околачивание груш в НИИ, КБ и на станках ДИП-300, занялась общетсвенно-полезной деятельностью в целях личного обогащения.
        Начали «мутиться» многочисленные бизнесы. Это прекрасно, когда молодежь хочет быть не госслужащими или офисным планктоном, а «мутить» бизнесы. Только в таком обществе возможен прогресс. Потому, как когда все места под пивные ларьки уже разобраны, отдельные личности включают мозги, и появляются такие недоучки, как Джобс, Гейтс, Элизабет Холмс
        Ладно… Бизнесов возникало много самых разнообразных. Кто-то, начав с торговли на вещевом рынке, поднимался до «Евросети», как Чичваркин. Лично знаком с людьми, начинавших с совсем малюсенького магазинчика автозапчастей, например, и раскрутившихся до холдинга с филиалами во многих городах.
        Девяностые были трудны для всех. И грань между бизнесменами и бандитами была порой трудно уловима…
        Вот мне довелось в начале девяностых работать в фирме, созданной офицерами запаса советской и российской армий. Меня они взяли к себе потому, что я по-русски говорить и писать умел. Хотя я и по-ихнему, по-военному тоже умел, и по-пацански быстро научился. Таки мне и с бандитами доводилось общаться. Меня пару раз на «стрелки» даже возили. Так. Для физической массы.И особых отличий экс-офицеров от бандитов я не замечал.
        Да… И паяльники, и утюги, все это было. И убивали бандиты бизнесменов, зарывая тела в лесах Ленинградской области, потом занося бабло в православный храм. На всякий случай. Но, бывало и обратное. Ибо, один слегка знакомый «малый бизнесмен» тогда говорил: один выстрел в воздух часто эффективнее многочасовых переговоров.
        Менты обычно ни во что не вмешивались. Если их не просили. Вспомнить тех ментов из девяностых помогут ранние серии «Улиц разбитых фонарей», что еще по сценариям экс-начальника убойного отдела майора Кивинова снимали. Про ментов, которых сразу полюбил зритель за то, что были настоящие. И водку в рабочих кабинетах жрали, и свидетельниц по взаимному согласию там же трахали… Но дело, в меру возможности, делали. И дополнительной мзды не просили. Предлагали- брали…
         А у какой цивилизованной страны мира не было своих таких девяностых? Дикий Запад США, куда двигались две категории граждан. Одни хотели делать дело (business): пасти скот, растить пшеницу, добывать золото или чего еще. Другие хотели их грабить. И когда конкретным пацанам надоело палить друг в дружку из кольтов, возникла американская демократия, как «пространство договоренности вооруженных мужчин». Договорились, выбрали из своих рядов шерифов, тот нанял крепких парней следить за порядком…
         Правительство США стояло в сторонке и не вмешивалось. Лишь бы налоги платили…
         В девяностые власть тоже не сильно вмешивалась. Ясное дело, платили и налоговой, и пожарным, и санитарным врачам. Ментов нередко нанимали в качестве «крыши», поскольку те меньше брали. А если была ментовская «крыша», бандиты уже не лезли.
        Если кто из властных органов думал борзеть и выдвигать нереальные финансовые требования, то… Девяностые ведь были. И газета «Реклама-Шанс» наряду с объявлениями типа «Всё кроме анала» публиковала и такие: «Выполню работу любой сложности».
        Поэтому чиновник знал, что финансовые претензии к бизнесу не должны превышать стоимости «работы любой сложности». Т.е., чтобы заплатить было все же дешевле, чем застрелить.
        И. Тяжко было бизнесу с бандитами. Но, поскольку бандитов было много «хороших и разных», малышевских, тамбовских, казанских, солнцевских, люберецких… В мутной водице можно было рыбку ловить.
         А потом нулевые и укрепление «вертикали власти». Вроде бы и неплохо, но. Если полиция Соединенных Штатов возникла, как продукт договоренности конкретных пацанов между собой («Демократия- это пространство договоренности вооруженных мужчин»), то в России правоохранители всегда выполняли одну функцию- защиту власти от народа.
        Власть зачистила поляну, убрав с нее малышевских, тамбовских и прочих. Оставив одних лубянских. Которые взяли на себя все функции бандитов девяностых. Разумеется, имея за собой государственную и судебную власть, можно обходиться без паяльников и утюгов.
         Если в девяностые за неуплату мзды в офис могли ворваться молодые люди с бейсбольными битами или чем-то там еще и нанести физический ущерб персоналу и материальным ценностям, то ныне руководителю фирмы сообщают, что поступил сигнал, поэтому документация и весь товар изымаются для проверки. На неопределенный срок.
        А у фирмы контракты, сроки поставки…
        Но. На айфончике пишется цифра и молча показывается руководителю предприятия. И он платит…
        Часто. Очень часто, если бизнес лакомый, у людей в погонах появляется интерес взять его в собственность полностью. Тогда заводится уголовное дело. Как против Ходорковского, Чичваркина, Некрасова («Арбат престиж») и многих других. Дело-то может потом и разваливается, а бизнес-то уже перешел в другие руки.
         Стоит ли при этом удивляться сотрудникам правоохранительных органов и спецслужб- долларовым миллионерам. А двадцатая статья у нас не ратифицирована, и все всё знают, и всех всё устраивает. Потому, как они опора власти...
         Да. И при такой системе ждать появления в России собственных зворыкиных, сикорских, понятовых, джобсов… не приходится…

Комментариев нет:

Отправить комментарий